In English

Поворачиваю на реку Олёкма

Поворачиваю на реку Олёкма

Русские люди начали осваивать Сибирь примерно пятьсот лет назад, с каждым десятилетием продвигались все глубже, пока не вышли к Японскому и Охотскому морям, на самом Дальнем Востоке. Карт тогда не было, не было даже примерного представления о том, что лежит впереди. Разведав очередной волок и выходя к новой реке, переселенцы ее обживали — если она была им удобна. Первыми шли самые отважные — авантюристы, романтики, искатели. Следом приходили не менее отважные, но более покладистые, оседавшие на земле.

Река Лена понравилась русским: здесь удобно заниматься хлебопашеством, много лесов и зверья, сама река простая и двигаться по ней легко в обоих направлениях. Было только одно «но» — здесь холодные зимы. Минус двадцать — это еще тепло. Минус тридцать — так чаще всего и бывает. Минус сорок — слегка прохладно. И только при минус пятидесяти дети уже не гуляют.

Из уст в уста передавалось, что где-то на юго-востоке есть другие земли, с мягкими зимами и обширными нивами. Надо было лишь разведать туда путь. Конкурирующие воеводства были заняты этой задачей — Енисейское на Енисее и Якутское на Лене. Они перепробовали все возможные пути на юго-восток — через Селенгу, Баргузин, Верхнюю Ангару, Витим, Алдан и единственное, чего добились, узнали, что теплые земли точно есть, а их население не подчиняется никакому государству. Вот только как туда добраться?

Пока служилые люди отправляли одну за другой исследовательские экспедиции, промысловые люди уже знали ответ — Олёкма. У Лены всего четыре мощных притока, текущие с нужной стороны: Киренга, Витим, Алдан, но только Олёкма течет почти ровно с юга. Интересный факт — государевы чиновники снаряжали экспедиции, основываясь на расспросах коренного населения. Так что, либо аборигены специально отправляли разведчиков по ложному пути, либо действительно не знали, что именно по Олёкме можно попасть на юг.

Так или иначе, но первым человеком, доложившим в приказную избу Якутского воеводства о коротком пути в бассейн Большой Южной Реки, был промышленник, а не государев землепроходец. Воеводы не поверили и сначала снарядили тестовую экспедицию, которая успешно завершилась. Это не рассеило сомнения и впоследствии Хабаров вынужден был доказывать, почему наиболее выгоден путь именно через Олёкму, а не через Алдан.

Когда коренные жители рассказывали о Большой Южной Реке, они говорили: «Мамур!», что на их языке означало «Большая Река». Русские же переделали название в «Амур». Так на картах появилась название, которое с французского переводится «Любовь».

Сейчас нахожусь напротив города Олёкминск, Петр Бекетов заложил здесь острожек еще в 1635 году — сейчас это еще один человеческий остров, отгороженный тайгой от Большой Земли. Река Лена не производит впечатление дикой — часто встречаются деревни, по берегам пасутся лошади и коровы, проезжают лодки, а вот количество грузовых кораблей после Ленска сильно сократилось, ночью их вообще нет, а днем всего пять штук, против 15-20 в день на участке Ленск—Усть-Кут. Лена была шириной 200 метров, когда я в неё вошел, а теперь два километра.

Хабаров говорил, что до волока по Олёкме 35-38 дней пути. Погода к осени, приближаются холода, это радует, потому что по Лене я шел большей частью ночью в поисках прохлады и просто представить не мог, как бы в такую жару работал по полной против течения.

Есть такое толкование Ленской дороги: сначала надо помучиться на Муке (горная мелкая речка), потом искупаться на Купе (мелкие галечниковые перекаты), потом кутить на Куте (после всех мук это первый отдых) и лениться на Лене, потому что тяжелая работа закончилась.

«В Якутске об Олёкминском пути и Тугирском волоке впервые узнали от Григория Вижевцева. Приехав с промысла в мае 1647 года, он сообщил о своем открытии в приказной избе воеводам Супоневу и Пушкину. По его рассказу получалось, что удобный путь лежал совсем рядом. Воеводы были немало удивлены тем, что крупные правительственные отряды так и не смогли найти путей к даурскому князьцу Лавкаю, о богатстве которого в Якутске ходили легенды, а простой промышленник на утлом суденышке разыскал дорогу и даже вступил с людьми, знающими Лавкая, в общение. В ответ на сомнения воевод о непроходимости Олекмы Вижевцев имел свои доводы. Да, Олёкма порожиста. Но пороги можно преодолеть в небольших, подвижных судах, "лишь бы судовые снасти добрые были, да заводы и подчала и бечевки новые"» Галина Леонтьева, «Землепроходец Ерофей Хабаров».

2016-08-14-06-59-N58-94492E121-70465-7801

Coordinates: 60.35438,120.36735

Up
Down

This page was last edited on February 15, 2019 at 3:55 AM UTC